Два вопроса Маэстро

В прошлом году классику кинематографа, итальянскому композитору Эннио Морриконе, написавшему музыку более чем к 500 фильмам, исполнилось 90 лет. В честь этого знаменательного события итальянский фонд «Pio e Rossella Angeletti» решил отметить музыкального гения специальной наградой «Premio alla Carriera».

Перед началом этой церемонии всю итальянскую прессу (среди которой была и я) собрали в маленькой комнате ожидания. Покорно перечитывая пресс-релиз, мы ожидали появления Маэстро, словно восьмого чуда света. И это не удивительно: композитор дает интервью лишь один раз в год. При том, что проживает он в столице Италии.

Одно из главных правил интервью с Морриконе: никаких «Эннио» ‒ слишком фамильярно и «синьор Морриконе» ‒ слишком формально. А вот маэстро ‒ самое то.

Наконец заветная дверь открылась. Прибежавшая заранее представительница Морриконе, быстро прошептала: «Идет! Маэстро идет!». Спустя несколько секунд в комнату неспешным уверенным шагом вошел сам виновник торжества. Мы, журналисты, столпившись вокруг итальянского музыкального гения, накинулись на него ‒ каждый со своим списком вопросов.

Очередь дошла и до меня. Представив свое издание, я настроилась говорить с Маэстро на своем квази-итальянском. Наивная девчонка, свято верящая в силу искусства, я на свой страх и риск решила спросить: «Достоевский писал, что красота спасет мир. Согласны ли вы, что музыка способна сделать это?». Я озвучила сей вопрос довольно важным тоном. Композитор пристально посмотрел на меня, слегка приподняв бровь, и неспешно ответил: «Хотел бы я в это верить. Но, милочка, это утопия, Маэстро улыбнулся, ‒ Я не верю в эту «спасительную силу» музыки. Я лишь хочу, чтобы люди хотя бы больше ее слушали хорошей и качественной музыки. Но, к сожалению, с каждым годом количество невежественных людей увеличивается. Быть может, эта «спасительная сила» коснется лишь тех, кто действительно умеет ценить искусство», добавил он.

Серьезный ответ. Мой внутренний музыкант умирал от восторга: детская мечта сбылась! Вот он ‒ сам Эннио Морриконе, на музыке которого выросло все мое поколение. Помню тот период, когда в годы обучения среди студентов прошла «морриконевская» волна. Речь идет о музыке к фильму «Легенда о пианисте» режиссера Джузеппе Торнаторе. Пианисты пытались играть тот самый «Magic Waltz», духовики в перерывах наигрывали лейтмотив, а музыковеды вроде меня разбирали произведения, пытаясь понять особенности композиторского письма Морриконе.

И вот, стоя в двух шага от Маэстро, спустя целых десять лет, я, наконец, могла задать ему тот наболевший вопрос: Как? Как же все-таки выглядит процесс создания этой гениальной музыки?

Ответ оказался неожиданным: «Я просто пишу. Сажусь за стол и пишу то, что слышу. Ничего особенного».

Я всегда представляла себе Эннио Морриконе улыбающимся, веселым человеком. Типичным творцом. В реальности же предо мной предстал жесткий, дисциплинированный и уверенный человек, преданный своим принципам. И что самое главное ‒ четко знающий, чего он хочет. Полагаю, это и есть секретная комбинация его успеха ‒ быть верным себе и своему искусству.


На вручении премии присутствовали коллеги Маэстро: композитор А.Р.Рахман («Оскар» за лучшую музыку к кинофильму «Миллионер из трущоб»), художник-постановщик Данте Ферретти («Оскар» за лучшие костюмы к кинофильмам «Авиатор», «Суинни-Тодд» и «Хранитель времени») и художник-декоратор Франческа Ло Скьяво (три премии «Оскар» за лучшую сценографию кинофильмам «Авиатор», «Суинни-Тодд» и «Хранитель времени»).


Фото (кроме заглавного) — автора.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *