Doc . ладные записки

Часто мы, киноведы, болеющие за документальное кино, как за самый хилый вид отечественного киноискусства, пишем о том, что к умирающему внимания нет, что позабыло государство и такие-растакие продюсеры о бедных документалистах. Первый Центрально-Азиатский форум документального кино, прошедший под громким идейным лозунгом очередного духовного возрождения, напомнил, что «спасение утопающих ‒ дело рук самих утопающих».

Потому и собрались на форуме режиссёры, киноведы и даже специалист по визуальной антропологии, чтобы ещё раз не только оценить дела минувшие и обозначить своё существование, но и попробовать поговорить о будущем.

Об оГРАНИченности

Предания старины глубокой и хлеб насущный ‒ фильмы, представленные в четырёх национальных программах (узбекской, таджикской, кыргызской и казахской), в очередной раз подчеркнули данность: документальное кино по-прежнему склоняют к продаваемости, мнимой окупаемости и политической эффективности. И хотя режиссёры изо всех сил пытаются внедрять в междустрочие своих летописей и эссе авторскую позицию, сквозняк агитационной и плакатной пустоши заткнуть достаточно проблематично. Не всем, к сожалению, удаётся в редких попытках выразить своё «я» или «фи» и при этом полноценно выполнить заказ. Сколько не ищи, граней в степи не найдёшь, потому как простор – бесконечен.

С другой стороны, существует очень важный момент, который стал мне вдруг понятен настолько, что до сих пор звенит в ушах. Для чего состоялся этот форум?

Для того, чтобы определить общие проблемы? Было уже неоднократно обсуждено, да и выяснять не долго ‒ центрально-азиатские народы объединяет не только ментальность, но и ситуация с положением искусства. Тут, что называется «гляжусь в тебя, как в зеркало». Чтобы посмотреть фильмы? Да, это важный фактор осмысления и анализа. Но в эпоху Интернета можно и ссылку попросить ‒ режиссёры-документалисты, не избалованные капризной зрительской любовью, охотно поделятся фильмами.

Другое дело ‒ быть увиденными и услышанными. Это действительно важно даже для самого яростного режиссера-социопата. Что действительно вдохновило и подарило чувство свободы и безграничности, так это возможность гОлодно говорить, обсуждать. А ещё ‒ в очередной раз, услышать авторитетное тяжеловесное (спасибо Евгению Майзелю и Олегу Борецкому) «спасение утопающих ‒ дело рук самих утопающих». Потому что документальное кино, при всей мнимой регулировке, ‒ это отражение бесконечной природы времени, ограниченное только естественным социокультурным положением наблюдателя и его отношением к этому самому времени. Режиссерское осмысление ‒ это не только фиксация реальности выразительными средствами кино. Перед автором документального фильма сегодня стоят задачи, связанные с художественной реализацией замысла в доступной для зрителя форме. Вместо этого мы зачастую слышим истеричные реплики авторов вроде «где мой прокат» и «вы должны мне деньги на фильм». Многие ли восприняли призыв к изменению ситуации ‒ неизвестно, впрочем, «не в этом дело, барон, не в этом дело…»

О несбалансированности

Программа, как часто бывает, была очень пестрой. Здесь были и прижизненные панегирики («Дочь Сайхуна» реж. Далер Имомали), и чудаковатые «нефильмы»-портреты («Путь», реж. Евгений Лумпов), и традиционные реверансные картины («Слово Абая» реж. Шухрат Махмудов; «Еще раз про любовь», реж. Жанышбек Дадабаев), и ориентированные на фестивали модные докудрамы («Оймок» реж. Касиет Кубанычбек кызы; «Отчуждение» реж. Бегим Жулдубай кызы). Наверное, сбалансированности быть не могло хотя бы из-за различия принципов каждого кинематографического вектора. При этом видно было, как схожи изобразительные традиции, как в жанровых рамках становится очевидным стиль повествования. Немало возникло кулуарной полемики по поводу кыргызких докудрам «Оймок» и «Отчуждение»: что это и как это принять ‒ как документальные постановочные фильмы или игровые фильмы с элементами документалистики? Вечные споры о важности четкого обозначения границ разбились о вывод: искусство границ не имеет, тем и прекрасно. При этом в национальных программах чувствовался перекос в сторону той или иной крайности. Казахское док.кино ‒ слишком радикальное, узбекское ‒ слишком ТВ-ориентированное, таджикское ‒ слишком советское, кыргызское ‒ слишком фестивальное. В совокупности же эти программы дали полноценный портрет документалистики Центральной Азии. Такая эклектика была интересна.

О грусти, тревоге и надежде

Можно тысячи раз говорить о научной значимости таких мероприятий, и ещё больше ‒ о необходимости их регулярного проведения. Но ничто не вызывает такого трепета и одновременно грусти, как осознание исчерпаемости человеческих ресурсов: физических и моральных. Собрать форум и организовать ‒ можно. Но просто ли пережить волнения за документальное кино каждому искренне болеющему за него человеку? Обидно и досадно, но жизненно важно получать шишки, принимать уколы совести и отрезвляться холодным анализом и разбором. Надеюсь, искренность, которую ищу в каждом фильме, не покинет каждого из нас и этот форум. Это было по-настоящему.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *