О чем этот фильм, дровосеки?

ЗАРЕМА БЕРИКБАЛАНОВА.

Хуже предсказуемой концовки, может быть только долгоиграющий финал.

Фильм «Токал» содержит в себе так много сюжетных линий, что синопсис, который составлял режиссер, уверена был расписан на 5 страниц. Попытаюсь вкратце изложить этот сериал, втиснутый в рамки полного метра. 

В зале погас свет, на экране появилось многообещающее «18+» после чего, с первых же минут нам показали постельную сцену. Видимо, чтобы оправдать заявленный титр. А чтобы окончательно убедить нас, что это все не шутки – показали еще и женскую грудь. «Чего стесняться?», − подумал режиссер, решив, что нагота, с первых минут брошенная зрителю в лицо, будет оправдана. Однако продолжим.

Камилла − молодая любовница. Кайрат − стареющий мужчина, бизнесмен и отец семейства. Все понятно. Но без обнаженной груди мы бы, конечно, и не догадались, что у них связь. По ходу фильма, мы узнаем, что у нашего героя две дочери, ухоженная жена по имени Бота и некий бизнес, связанный с продажей земель, которым он заведует, будучи зятем главного бизнесмена.

То, что сценарий писался женщиной на кухне, становится понятно, когда слышишь «деловые» разговоры «бизнесменов»: «Кайрат, как ты можешь отказаться от этого предложения, там же МИЛЛИОНЫ?». Кайрат, у которого мазерати, с содроганием слышит слово «миллионы» и делает важный вид.

Появляется новый персонаж − братишка жены Кайрата − обожравшийся мажор, работающий на своего отца. Компанию ему, естественно, не доверяют. Прошу меня простить за столь размытое описание этой компании, но, увы, никто не удосужился объяснить ее род деятельности – были только дилетантские слова «бизнес» и «миллионы».

Вскоре появляется агашка-бастык − тесть Кайрата, который ему верит и уважает: мол, сын-то не может управлять компанией, а Кайрат умный и дальновидный. Однако, в образе этого «умного и дальновидного» имеется большой пробел логического поведения. Я не говорю про актерскую игру, при виде которой у Станиславского схватило бы сердце. Просто персонаж должен быть очень хитрым, обаятельным и умеющим уболтать кого угодно. Именно таким я представляю себе мужчину, что делает деньги, успевает встречаться с любовницей и спокойно смотреть в глаза отцу своей жены, за счет которого, по факту, и живет. Но на экране стареющий дровосек, который каждый раз заикается, произнося в разговоре с женой фразу о том, что придёт поздно, который даже «жаным» произносит с жутким акцентом, называя так и жену, и дочерей, и любовницу.

Тем временем жена живет полной жизнью, встречается с каким-то американцем, обсуждает с ним неизвестно какие дела, успешно завершённые где-то и с кем-то. Снова интрига, но как выяснилось позже, сей персонаж сыграет свою роль в конце, а в остальном диалог на английском был просто пылью в глаза, как, в общем, и весь фильм.

Но это только начало. Совершенно неудобной и ненужной является сюжетная линия с жадностью сына главного бастыка и его желанием вызвать доверие у отца. Сценаристы видимо исходили из принципа «много драматических линий − значит хорошо». Даже Шекспир развивал максимум две, но куда ему до наших умельцев!

Однако, фильм о токал, а значит, Камилла, поняв все унизительное положение любовницы, вынужденной притворяться и скрываться, устраивает скандал, потом наскоро успокаивается и на следующий день беременеет. Кайрат с Камиллой выходят из кабинета гинеколога. На лице дровосека блаженная улыбка: у него будет сын! И ничего страшного, что забеременела девушка вчера, а пол ребенка можно точно определить не раньше 18-й недели. Кайрат кружит любовницу в воздухе, крича на все фойе о том, что она подарит ему наследника. Что за бред? Кричать о так называемом наследнике, может человек, который сам построил империю, а не живет в ней на птичьих правах. И вообще, зачем это делать женатому мужчине, скрывающему свою связь? Это, мягко говоря, не правдоподобно. Отсюда следует, что ни драматург, ни психолог, не пили чай за кухонным столом сценариста.

Вечером того же дня Кайрат ужинает со своей женой, тестем и братом жены в ресторане. И как бы невзначай, мол, к слову пришлось, бастык спрашивает у своей 40 летней дочери и ее мужа: «Когда вы подарите мне внука?». В контексте сцены, это звучит сродни  вопросу Томми Вайсо: «Anyway, how is your sex life?». И тут брат жены, который гнёт свою линию, чтобы свергнуть Кайрата и заиметь уважение отца, говорит, что видел того с какой-то ювелиршей. Именно так представилась Камилла, будучи замеченной с Кайратом в ресторане. Жена, магическим образом, понимает, что речь об адюльтере и уже дома разбивает стакан, узнав, что любовница беременна. Кайрат конечно дровосек, но дровосек наивный, и, рассказав все жене, едет ночью к своему тестю, чтобы осчастливить правдой и его. Такого бесстрашия мир еще не знал! Покажите мне мужчину, который поедет в ночь, будить своего тестя, на которого работает, рассказом о том, что от него беременна любовница. Но наш парень, с непроницаемым лицом обгадившегося ребёнка, рассказал обо всем без стыда и страха. На что тесть продолжительно изрек: «Чтоооо?!».

Агашка-бастык, как минимум хорошо избил бы своего зятька за такое, а как максимум лишил бы всех денег и работы. Но в этой вселенной, все персонажи ведут себя иррационально, поэтому он принял решение за долю секунды − Камилла будет младшей женой Кайрата и родит ему сына. Собственно, так и появляется токал, которой Кайрат покупает квартиру.

Бота, тем временем решает пообщаться с соперницей, выследив ее на пути домой. Она предлагает той поехать отдохнуть на море, на что токал, огрызаясь, начинает хамить и, естественно, говорить, что Кайрат любит только ее – еще одно подтверждение того, что сценарий писался обиженной женщиной. Конечно, в этой сцене, жена не хамила, не пыталась сказать ничего грубого в адрес юной девушки, она ведь хорошая благородная женщина, которую обманули. Ее образ в этой сцене выглядит абсолютно фальшиво: все вокруг плохие, одна она хорошая, умная и сильная.

Но о силе хрупкой женщины чуть позже. Как вы помните, братишка Боты (по имени его так ни разу не назвали), желающий добиться доверия отца и заработать «миллионы», втайне начинает сотрудничать с одним деловым партнёром из России, который на самом деле является человеком одного давнего друга-врага бастыка. Тот, в свою очередь, под влиянием сына решает оставить Кайрата без денег. Наш дровосек как выясняется, все деньги хранит на карточке и никаких наличных накоплений и прочих заначек у него нет, а значит, − он остаётся жить со своей токал и новорождённым сыном, смотреть в окно от безысходности и в итоге становится дальнобойщиком.

В этой вселенной все так просто, что аж диву даёшься! Человек, который купался в деньгах, не имеет, ни одного влиятельного друга, и оказывается беспомощным как раздавленная букашка. Именно таким его и хотели показать сценаристы: «Вот видите, к чему привела жизнь с токал!». В этот момент отчаяния, в голове дровосека-дальнобойщика рождаются яркие воспоминания в рапиде с аляповатой цветокоррекцией: они с женой смеются и радуются жизни.

Тем временем, Бота со своим американским приятелем узнают, что ее безымянный брат продал земли тем «россиянам», которые на самом деле оказались нашими казахами. Бастык стоит перед постройкой, где нет ни одного строителя, узнает от дочери, что земля продана другу-врагу алчным сыном, у него останавливается сердце, и он эффектно падает на землю, последними словами заключая, как ему жаль, что Бота не родилась мальчиком. Конец фильма, который никак не хотел наступать, показал, что жена сильная женщина, которая продолжает жить, а любовница с ребёнком на руках осталась у разбитого корыта, потому как Кайрат все равно вернулся к жене.

Не учитывая, тех сцен, где клуб старших жён развлекают молодые парни с голыми торсами, где у братишки Боты тоже есть жена и любовница, которая в свою очередь, является подругой Камиллы, и прочие ненужные детали фильма, можно сказать, что это все. Это все, что нам показывают, в течение двух часов.

Вернёмся же к главному вопросу: о чем этот фильм?

О токал? О сыне, который хочет иметь уважение отца? О сильной женщине, которая справилась с изменой мужа? О глупом богаче, который без карточки оказался беспомощным существом? О тайной вражде двух агашек? Или о том, что всех спас американец? Одновременным желанием и шокировать, и потрясать, и эпатировать, и морализировать, и пафосно сгущать краски реальности, авторы «Токал» напоминают скорее на детей, играющих в песочнице, чем на блюстителей моральных ценностей и воспитателей народных масс.

Не буду зацикливаться на том, что осветители филонили весь съёмочный процесс, гримёр увлекался отбеливанием лиц, актеры играли ужасно, а сценарий был высосан из пальца, и просто подытожу словами Фаиной Раневской: «Талант − это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой и своими недостатками, чего я никогда не встречала у посредственности».

Алматы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *